Стоящие на море курортные городки начинают подавать признаки жизни во время Пасхальной недели, затем пару месяцев прихорашиваются к высокому сезону, активно работают в июле-августе, а уже в конце сентября, усталые, но довольные, погружаются в зимнюю спячку. Редкие обстоятельства могут внести изменения в этот естественный цикл. На побережье Коста Брава местные жители помнят лишь несколько историй, когда их пуэбло оказывалось в центре внимания в холодное время, и случаи эти не имели к туризму никакого отношения.
В 1963 году в Бегуре умерла Кармен Амайя, величайшая танцовщица фламенко всех времён. Она поселилась здесь в усадьбе Mas Pinc двумя годами ранее, прекратив выступления и сосредоточившись на проблемах со здоровьем, – артистка страдала от редкого врождённого заболевания почек.
Когда после очередного приступа лечащий врач сообщил Кармен, что всё, чем располагала современная медицина для борьбы с её болезнью, испробовано и остаётся только лежать в домашней постели и ждать смерти, печальная новость просочилась в прессу, и маленький городок в считанные часы наводнили журналисты, откомандированные сюда делать репортаж о последних днях великой артистки. Вот она слава, бессмысленная и беспощадная – человек ещё жив, а в соседней гостинице десяток фотокамер и пишущих машинок уже приведены в полную боевую готовность для некрологов, над которыми будет рыдать потом вся страна.
Каталонцы, любящие поворчать на андалусцев за их нежелание уделять работе достаточное внимание, фламенко – главный вклад южан в испанскую культуру – очень любят и гордятся тем, что признанная королева танца Кармен Амайя родилась в Барселоне и, будучи цыганкой до кончиков ногтей, всегда называла себя каталонкой.
На похороны собрался народ со всей Испании, а те редкие жители Бегура, кто не пошёл, испытали настоящий шок, наблюдая, как съехавшиеся в Mas Pinc цыгане грабили дом. Таковы уж их обычаи: если умирает близкий человек, нужно постараться оставить себе что-то из его личных вещей. В результате дом оказался практически пуст, пощадили только железную кровать, даже матрац, на котором спала Кармен, забрали.
Mas Pinc сейчас находится в собственности мэрии и было бы логично сделать здесь музей гениальной танцовщицы, но из потенциальных экспонатов, к сожалению, – лишь несколько фотографий и любимый железный крест Кармен, предусмотрительно спрятанный её мужем Хуаном Антонио до смерти и похорон.
К счастью, сохранились записи выступлений этой миниатюрной цыганки,
полностью опровергнувшей своей энергичной и страстной манерой исполнения сложившиеся десятилетиями нормы, по которым женщина появлялась в номерах фламенко как живая декорация с минимумом движений и эмоций. Фламенко, которое мы привыкли видеть сейчас, родилось именно тогда, когда на сцене господствовала Кармен Амайя.
